Интервью Ильи Гламоздинова для Ассоциации адвентистов-бизнесменов (ASI).
Не буду рассказывать всю свою биографию: как я ходил в садик, потом в школу, в университет. Думаю, у всех примерно одинаковая биография в этом плане. Скажу только, что я родился и вырос в Севастополе, в семье журналистов. Мама – адвентистка, папа – нет. У меня есть 3 брата, мама привела нас в Церковь, когда мне было 9 лет, и так я до сих пор тут.
Я женат, у меня есть двое детей: Илья – 9 лет и Оливия – почти 6. Я живу в Киеве, занимаюсь звукорежиссурой, у меня есть два образования: техническое (автоматизация производства) и звукорежиссура, и еще дополнительно – музыкальное образование. В церкви я несу служение звукорежиссера и играю на бас-гитаре в молодежной церкви «Upstream». В Украинском гуманитарном институте я преподаю звукорежиссуру.
Мое дело – это музыкальный комиссионный магазин Musictrade.pro, я продаю музыкальное оборудование и инструменты. Также есть сервис доставки товаров из США – Muzex.com.ua и звукорежиссерский форум.
То есть к Новому году мы можем успеть у тебя заказать гитару или губную гармошку?
Лучше орган, зачем гармошка? В церкви нужен орган.
Илья, ты с 9 лет в Церкви, были ли у тебя духовные падения?
Конечно же, были. В подростковом возрасте я играл в рок-группе и ездил на фестивали, я ночью убегал из дома, чтобы поехать в другой город на отборочный тур «Червоной руты» – это фестиваль такой раньше был.
И что тебе помогло остановиться?
Совесть. Может, по мне не видно, но я очень совестливый человек!
Мне помогло то, что в нашей церкви была молодежь моего возраста, и мы хорошо сдружились, у меня не было друзей «в миру», поэтому мы всегда были вместе и нам было хорошо.
Как мама реагировала? Сколько лет ты «раздваивался»?
Четыре года (до 1998), в 1999 году крестился. Мама все время молилась.
Меня терзали эти сомнения долго, и в итоге совесть победила. Как-то меня пригласили в клуб поиграть на замену вместо басиста, я пришел, а там все пьяные, дым сигаретный, и мне как-то стало так противно, хотя раньше я этого не замечал. В итоге я просто развернулся и ушел домой, и больше в это я не возвращался.
Расскажи о жене, чем она занимается?
Жена у меня – дизайнер одежды. Раньше шила костюмы, свадебные платья на заказ, но появились дети, и она стала заниматься детьми. Зовут Марина.
Как ты воспитываешь детей, как наказываешь?
Я очень мягкий воспитатель, обычно наказанием служит запрет на гаджеты. Никогда не бью детей. Стараюсь больше времени проводить с детьми по возможности, они очень любят внимание папы.
Как они относятся к служению? Ты их заставляешь?
Да разве их заставишь? Говоришь: «надо», а надо – значит надо.
Я уже 20 лет бьюсь за качество звука и за общее качество прославления в Церкви. К сожалению, в нашем обществе не понимают, как получается качество, и зачем оно вообще нужно.
Ты их не суди строго. Я, когда не была в ASI, вообще думала, что там много ума не надо. Пока не начали конгресс проводить.
Я работал в Заокском и на радио «Голос надежды» в Туле, озвучивал спутниковые программы и конгрессы, и понял, что если на уровне дивизиона не понимают смысла качественного уровня звука, то в маленьких общинах до этого никогда не дойдут. Поэтому я начал со своей церкви в Киеве.
Мы сделали хороший звук и свет в церкви, избавились от шнуровых микрофонов и очистили сцену, сделали видеотрансляцию служения. Только я пожертвовал оборудования в церковь более чем на 10.000 $, не говоря о других ребятах, для того чтобы люди просто увидели, что может быть лучше.
Мы сделали звук практически везде в помещении Левобережного духовного центра: можно слушать звук и смотреть трансляцию в малом зале, в детской комнате, в коридоре, даже дежурные слушают проповедь у себя в кабинете. Сейчас планируем вывести колонки на улицу, чтобы летом можно было слушать возле здания, так как там постоянно гуляют мамы с колясками, и это будет им проповедью.
При этом мы не ждали, что какой-то «дядя» из конференции выделит нам деньги, потому что они никогда бы не выделили столько денег, сколько нужно на качественное оборудование. Все мы знаем, на каком месте в статье расходов в Церкви стоит оборудование для звука, не говоря про свет. Мы собрались и сами сделали это, никаких денег извне практически не поступало, все было сделано буквально 10 людьми.
Хотелось бы, чтобы высокое качество звука и прославления было в наших церквах стандартом, а не исключением.
Илья – тот, кто не боится быть неординарным!
Все меняется. Я 20 лет ждал, и сегодня я играл на служении с командой: с барабанами, гитарой, клавишами и бас-гитарой, и это было не какое-то одно пение, это было сопровождение всего служения! Было 6 песен: общие песни, сольные песни, так что я буду продвигать и дальше свое мнение. Даже 10 лет назад этого невозможно было представить, не говоря про 1990-е годы.
Сегодня стоим в компании в церкви, и парень говорит: «Да после сорока вечно что-то болит», и смотрит на меня: «Да, Илья?». А я ему говорю: «Я не знаю, я же не после сорока!».
Я как-то всегда во всех компаниях был самым юным. В группе играл – был самым молодым, в ASI – самый молодой, да и выглядел я всегда как подросток, вот и привык. А сейчас начал седеть и стал ценить, когда говорят, что молодой или юный.
Жизнерадостность и смех продлевают жизнь – это мой рецепт здоровья!
В ASI меня привлекло то, что я не просто что-то делаю для благой цели, а я знаю, что именно я делаю для благой цели. И знаю, с кем я это делаю, мне нравится команда ASI. Я нашел друзей, разделяющих мои интересы, а это обычно и удерживает людей в любой компании – дружба и командный дух. Ну, и благие цели, конечно!
Я – довольно пунктуальный человек, и жду от других того же, и, конечно, мне не нравится, когда люди живут не по правилам.
Как отдыхаешь ты и твоя семья?
По возможности стараемся куда-то поехать. Моя работа требует постоянного присутствия в Киеве, но 2-3 раза в год стараемся на недельку выехать.
Любишь лежать или спортом заниматься, или смотреть что-то?
Я не спортсмен. Отдыхаю я обычно под телевизором или гуляем с семьей. Летом каждый день ходим гулять по району (примерно 4,5 км).
Что тебе в Библии непонятно? Что в Боге восхищает?
Библия имеет тысячу мест, которые мне непонятны, но главное, что мне понятно – что Бог меня спас! Я не такой человек, который будет изучать, в каких сандалиях ходил Христос или какую табуретку Он первой смастерил – это не так важно. Для моего спасения Он не табуретки делал, Он умер на кресте!
Вопросы – Маргарита Григоращенко, Олег Онуфрийчук, Максим Балаклицкий
